Вокруг Света:

Турецкая рапсодия — отдых в Турции

Турция ошеломляет. Путешествуя по стране, каждый день испытываешь чувство растерянности и удивления: как, на такой сравнительно небольшой территории, заплетаются в тугой узел природные ландшафты и история цивилизаций, менталитет местного населения и беспечные толпы белотелых и загорелых до черноты иностранцев со всего света, ценовая доступность еды, жилья, междугородних автобусов и местных маршруток с высоким качеством предлагаемых услуг. Каждый день, встречая и провожая турецкое солнце, начинаешь воспринимать окружающее, как некий дар, ниспосланный тебе за здорово живёшь и чему ты бесконечно благодарен. А жить с чувством благодарности — дорогого стоит.Начало. Автобус выгрузил нас с женой где-то за Кемером. Дальше — вниз по ущелью, в Olimpos. Придорожное кафе. Вокруг горы, поросшие средиземноморской сосной, вдалеке нестерпимо синеет море… Что же ты делаешь, Всевышний? Заказал пиво. Сижу в майке, спину ласкает теплый ветер с гор, курю, попиваю пивко. И тут на меня накатило. Как будто открылся Эдем. Предельное чувство самодостаточности бытия: время остановилось здесь и навсегда. Напился, конечно. Жена, умница, поняла, что таким меня лучше не трогать и просто ждала, чем всё это закончится… Неожиданно подошел турецко-подданный и, показав на микроавтобус, произнес: «Olimpos…»

Ночь и утро следующего дня. Судя по всему, всё закончилось благополучно, потому что проснулся среди ночи от нестерпимой жажды в какой-то хижине на напольном матрасе, заботливо укрытый пледом. Выполз наружу и тут же стукнулся лбом обо что-то круглое и твердое. В лунном свете разглядел: апельсин. Огляделся: вокруг сплошной апельсиновый сад и хижины «на курьих ножках». Оглушительно трезвонят цикады или их родственники. В остальном — тишина. Пошел по тропинке между деревьев, прошел метров 50, уворачиваясь от свисающих плодов. Ничего не меняется, деревья с плодами и луна над головой. Вернулся (не хватало только заблудиться), стою курю. Идет какой-то мужик, спрашиваю, где здесь можно купить drink water? Всё закрыто, говорит, но в 1.5 км есть бар, он работает круглосуточно. Спасибо, родной, утешил. Пошёл досыпать и терпеть до утра. Утром проснулся в начале седьмого. Жена спит. Снова пошел искать признаки цивилизации. Через 5 минут блужданий среди цитрусовых плантаций нашел: столики под деревьями, стойка, за которой что-то типа кухни, за одним из столиков сидит молодая пара и…. читает толстые книжки. — Morning! — Morning… Сел за один из столиков, осмотрелся. Очень уютно и мило. Турецкие лежанки на возвышении, какой-то чан булькает. Неожиданно девушка подошла к чану, сняла с полки чашки и стала готовить кофе. Ну, думаю, будем воспроизводить все манипуляции в точности. Подхожу к чану, насыпаю кофе в чашку, наливаю кипяток, молоко, добавляю сахар. С достоинством возвращаюсь к столику. Пью кофе, курю и постепенно прихожу в себя. Интересная жизнь наблюдается: кофе до восхода солнца и за чтением. Такое бы в России увидеть… Через полчаса, выпив 4 чашки кофе и не встретив возражений со стороны объявившихся аборигенов, возвращаюсь в хижину. Жена уже проснулась и ищет меня. Мытьё-бритьё где-то за углом, но всё чисто, пристойно, с душем-туалетом и среди ненавистной апельсиновой рощи. Идём завтракать. Турецкий завтрак везде одинаков и без вариантов: яйца (яичница), помидоры, огурцы, оливки, сыр, джем, чай, кофе — отличия только в посуде и сервировке стола. Столики заполняются людьми. Юноши и девушки — типичные бэкпекеры со всего мира.

Отступление 1. Вообще, как я понял, долина Olimpos’a во главе с Kadir’s Tree Houses (гостиничный комплекс на деревьях, но со спутниковым TV, сотовой связью, интернетом, факсами, копирами и пр.) давно стала центром международной тусовки, особенно рюкзачников из Австралии и Новой Зеландии. Интересно за ними наблюдать. Независимые, свободные люди, с достоинством на лице (это, почему-то, сразу бросается в глаза), книжки умные читают, кофе пьют… Глядя на них, начинаешь думать, что весь земной шар — это домашний театр, где на разных континентах ставятся разные пьесы, а мы просто зрители, занявшие, правда, разные места, согласно купленным билетам…

Насытившись, категорически заявляю жене, что пора сваливать, ибо моря нет, вокруг одни ликийские гробницы и развалины вперемешку с цитрусовыми, а мы приехали вкусить соленые брызги, лунные дорожки и т.п. К тому же, толстая тетка на reception (австралийка и совладелица этого Bayrham Hotel) взяла с меня, мило улыбаясь, за жильё по курсу 1 320 000 TL за 1 USD, вместо банковских 1 560 000/1$, что мне откровенно не понравилось (стоимость этой хибары с завтраком и ужином на двоих была 13 USD). Но, день приезда, день отъезда… издержки адаптации. Словом, собираем рюкзачки и покидаем международный бомжатник с сотовой связью.

Отступление 2. Пока шли к морю (и много раз потом) наблюдал такую картину: скалы, ликийские саркофаги-усыпальницы, развалины храма (одеона, театра), руины греческо-римской цивилизации — возраст любого камня свыше 2000 лет, а на них тут и там сидят (стоят, лежат) очаровательные и загорелые девушки в шортиках и маечках и увлеченно болтают по сотовому телефону на английском, немецком, итальянском…. Мраморные плиты прошлого и электронные чипы настоящего. Как-то не вяжется связь времен, ощущается логический разрыв…

Через полчаса вышли к морю. Соль средиземноморья… Отмокаю и как будто рождаюсь заново. Нещадно лупит солнце. Жена чем-то мажет нос и плещется в море. Кожу на лице стягивает, как пергамент. На огромном пляже одиночные пары и снующие туда-сюда прогулочные шхуны с туристами. Одеваемся и идем искать Olympos Yavuz Pansiyon в «деревеньке» Чирали (Ciraly) по наводке милой и интеллигентной пары из Подмосковья, с которыми жена разговорилась в Olympos’e (кроме этой пары всю последующую неделю не имели чести слышать русскую речь, видимо, не там ходили). Находим. По сравнению с покинутым Bayrham Hotel это аристократическое английское предместье: двухэтажный особняк, лужайка с подстриженной и влажной травой, на которой расставлены столики с клетчатой скатертью, вокруг гранатовые деревья со спелыми плодами, благоухающие диковинные кустарники… Чистенький, ухоженный номер — 14$ на двоих c завтраком. Быстро принимаем душ, переодеваемся в шорты-шлёпки-майки и на осмотр окрестностей…

Чирали ты моё, Чирали. Место удивительное. Слева Olympos, справа Химеры (Chimaera), перед тобой — многокилометровый галечный пляж с десятком ресторанов и череда пансионов и отелей (от 7 до 100 USD за номер с завтраком).

Отступление 3. Я так понял, что отель отличается от пансиона только тем, что в первом имеется reception, на котором от тебя требуют паспорт и куда-то записывают его данные, а в пансионах никаких документов вообще не смотрят и не спрашивают, так что Усама бен Ладен с товарищами могут жить где и сколько угодно и никакая полиция мира не в состоянии проследить твои перемещения по стране…

Турецкая деревня. Ходишь, как неприкаянный, со всеми здороваешься, присаживаешься в ресторанчиках покурить, пьешь Ice Tee Lipton в банках и долго смотришь на море. Потом заказываешь восхитительную рыбу с чипсами, которую подают не с лимоном, а с нарезанными дольками зелеными апельсинами. Европейское обслуживание. Пепельницу меняют после второго окурка. На цены можно не смотреть: любое блюдо из main course (мясо, курица, рыба) стоит 2-3.5$. Плати, чем хочешь (кроме рублей). Пока обедаем, решаем взять на следующий день One Day Boat Trip. Кораблик отправляется в 10.00 и возвращается в 17.00. Весь день заходит в безлюдные бухты, останавливается между живописных скал. С борта свешивается трап, все спускаются в море и плавают, ныряют, загорают на скалах… И так раз пять за весь день. Все удовольствие, с ланчем в придачу, стоит 10 USD c человека.

Отступление 4. Ланч, кстати, очень вкусный. За 2 недели мы плавали подобным образом 3 раза и я каждый раз с совковой психологией думал: вот сейчас достанут из ящиков пакеты с сухим пайком, раздадут участникам круиза, а воду-пиво будут гнать по 2-3 USD за бутылку. И все три раза был посрамлен. Где-то после 13.00 матрос выволакивал на нос судна огромный мангал, разжигал угли и жарил на решетке либо рыбу, либо куриное филе. Палубу при этом, он постоянно окатывал из ведра забортной водой. Потом сервировали столы на корме, подавали нарезанный помидорно-огуречный салат, заправленный оливковым маслом, рис, хлеб, пиво-воды по желанию. Все это доброжелательно, как-то по домашнему, с шутками и улыбками. Поразительно, но не то, что хамства, а даже просто равнодушного взгляда я не заметил ни разу.

На следующий день, проведя целый день на палубе и в море, решили вечером отправиться в Химеры. Это 4 км пешком до горы, потом подъем метров 500 и ты оказываешься … в преисподне. Темнеет. На участке в 20 соток из-под камней выбиваются языки пламени. Дикий вечный огонь. Пахнет газом и… серой. Точно, чертовщина. Природный газ горит уже сотни лет и толпы туристов балдеют, вытаптывая горные тропы. Сижу на камне, под ним играют на ветру язычки пламени, а я думаю: дело не в том, что горит природный газ, а в том, что думали люди тысячу лет назад, понятия не имея ни о каком природном газе. Сколько легенд и мифов складывалось вокруг этого явления. Кто из героев кого убил на этом месте — не суть. Суть в том, что ты, сидя на этих камнях, приобщаешься к легендам и становишься частью их. Столетия люди приходили сюда, смотрели и СОЧИНЯЛИ. Так рождалась сама способность к творчеству, способность к привнесению в мир того, что называют субъективным началом и что составляет параллельную, идеальную сущность мира, населенного демонами, героями и Богами…

Отступление 5. Позже, в античных театрах и стадионах Каша и Афродиасиса я сталкивался с этим не раз: странным образом тысячелетний, изъеденный дождями и ветрами мрамор, рождал чувства и желания думать, размышлять, сопоставлять, делиться увиденным, усмиряя восторг воображения…

Совсем стемнело. Но фонарик в кофре припасен ещё в Москве и мы возвращаемся, как влюбленные, держась за руки и светя под ноги. Еще около часа дороги и…. спать.

Ночь. Опять просыпаюсь среди ночи. Сказывается эмоциональное возбуждение первых дней. Посапывает жена. Всё те же цикады. Встаю, выхожу на балкон. Захотелось близости моря. Накидываю куртку, беру полотенце и иду на пляж. Луна пошла на убыль, но все залито лунным светом. Вхожу в теплую воду, плаваю, ложусь на спину, запрокинув руки за голову и долго лежу под звездным небом… Как живете, люди? Почему никого нет? Почему никто не целуется? Почему все спят? Почему лунные тени не падают от сплетенных тел? Не могу понять… И никогда не пойму…

Утро. Душ, турецкий завтрак на лужайке с изысканной сервировкой, короткие сборы и прощай, Чирали… Впереди Демре (на турецкой карте Кале/Kale). Долмуш за 15 минут довозит до трассы и еще через 10 минут мы уже едем в большом автобусе. Обкладываюсь картами, путеводителями и распечатками из Internet.

Отступление 6. Таскал с собой три путеводителя по Турции, но можно было этого и не делать: все описания, советы и идеи брал только из распечаток «Форума» и «Писем читателей» с туристических сайтов, за что премного благодарен авторам отчетов о поездках. Надеюсь, что и мои записки кому-то пригодятся в будущем.

Вроде бы, давно определился куда ехать дальше, но что-то смущает. Нет ясности в названии места ночевки, напротив острова Кекова (Kekova). На картах ничего нет (туда можно попасть только по воде), в распечатках я насчитал 4 (!) названия поселения, а как спросить русскому у турка по-английски, если сам толком не знаешь, что спрашивать? Решаю сориентироваться на месте. Выхожу из автобуса в Демре, начинаю выяснять у водителей автобусов, как добраться до Кековы, но не на остров, а на материк и окончательно запутываюсь в ответах. Жара, асфальт, люди, машины — уже ничего не хочется и я, не вынимая вещей из автобуса, доплачиваю 2$ водителю и мы едем в Каш (Kas).

Отступление 7. Потом понял, что это была ошибка. Не дожался и проиграл в чистую. Потому что не реализованная и оставленная идея, как оставленная женщина, будет долго напоминать о себе. Мы, конечно, на следующий день попали в Кекову, этот затонувший город, взяв в Каше однодневный круиз на катере и я во всем разобрался на месте, и понял, что некий Леонид из «Форума» единственный правильно привел название этого фантастического поселения рыбаков: Симена! Но было уже поздно. Потому что, одно дело двухчасовая остановка катера и беготня по жаре по крутым тропинкам этого экзотичного поселка среди толпы туристов и не меньшей оравы местных продавцов сувениров и обычного турецкого барахла, выходящих на охоту к приходу круизных кораблей. И совсем другое — поселиться в лучшем пансионе «Кале» (20$ с завтраком в октябре, в сезон — дороже), и в тишине на закате гулять среди ликийских саркофагов, трехсотлетних оливковых деревьев (не стволы в два обхвата, а произведение искусства), любоваться изумительными видами с крепостных стен на затонувший город, а потом, спустившись к морю, сидеть в рыбном ресторанчике на сваях, где только что выловленная рыба разложена на льду в ожидании твоего выбора…

Каш. Сойдя в Каше, сразу подверглись массированной атаке зазывал поселиться в «лучшем» пансионе городка, но я был зол, поэтому всех растолкав, устремился вниз, к морю. Жена, как всегда, потребовала ланча и пока она поглощала чипсы и сырные палочки, я сориентировался куда идти. Через 5 минут, выйдя к западной оконечности городка, мы сняли уютную комнатку в Kaptan Pansiyon с балконом и душем всего за 7$, правда, без завтрака. Зато в 100 м от него была главная достопримечательность Каша — античный театр. Этот театр, помимо того, что полностью сохранился, всегда имел одну особенность: у него никогда не было стены за сценой. Поэтому для сидящих на мраморных сиденьях амфитеатра, декорацией всегда являлся естественный пейзаж — оливковые деревья, море и острова на заднем плане (самый большой из них греческий).

Отступление 8. В Турции очень многие вещи с трудом «укладываются в голове». Пока мы жили в Каше, я каждое утро приходил в этот театр встречать рассвет. Садился на самом верхнем ряду, курил, встречал первые лучи солнца и думал о том, что, вот, прошли 2000 лет, а ничего НЕ ИЗМЕНИЛОСЬ. Ты видишь то же самое, что видел многие века назад неизвестный зритель: солнце, море, острова… Напротив тебя — ощутимая и чувственная вечность. Через 10 минут ты встанешь и уйдешь навсегда, через 100 лет придет такой же романтик за первыми лучами солнца и будет видеть то же самое! И всё твоё «Я» и твой микрокосм оказывается всего лишь пылинкой на выщербленном мраморе полукружья театра жизни… Неуютно так думать, но ведь честно…

Вещи — в номер, душ, кофе, легкий марафет супруги и мы выходим на улицу. Каш очаровывает сразу и бесповоротно. Я, пожалуй, больше нигде не встречал такого домашнего уюта кривых улочек, сбегающих со склона горы к порту. И, в то же время, выраженный европейский лоск бесчисленных бутиков и ресторанов, что достаточно удивительно встретить в восточной стране: все-таки не французская Ривьера, а турецкое побережье… Жена очарована и я её понимаю: городок откровенно гармоничен. Садимся за столик в ресторанчике, берем бутылку минеральной воды и решаем, что на завтра покупаем однодневный морской круиз в Кекову (все те же 10$ с ланчем), а послезавтра — снова в путь. А вот куда, это я решу ночью: на балконе за «картами и схемами».

Утро послезавтра. Стандартное турецкое утро: муэдзин с соседней мечети будит в 6.00. Душ, кофе, курение на балконе, рассвет в античном театре, купание в море, душ, бритьё и сборы в дорогу. Завтрак в кондитерской с пирогами и восточными пирожными (накануне что-то не то сказал жене и заглаживаю свою вину), автобусная станция и через 30 секунд мы сидим в автобусе (очередной Мерседес с кондиционером и стюардом, разносящим воду и сок), следующим до Фетхье (Fethiye). Через час сходим в Калкане (Kalkan).

Отступление 9. Калкан запомнился эксклюзивностью, дороговизной (ценники в магазинах и ресторанах — в английских фунтах стерлингах), двухэтажными апартаментами за 22$ (спальня на втором этаже с итальянским балкончиком на один стул с видом на бухту и гостиная с кухней — на первом) и чумовым 8 километровым пляжем с дюнами в Патаре (Patara, 12 км от Калкана, 2$ на долмуше туда-обратно + вход на пляж-заповедник 2$). Но «Париж стоит обедни»: и потому, что Патара — родина Николая Угодника (почему-то жена «запала» на этот факт и прониклась) и потому, что песчаный пляж до горизонта с «барханами» производит действительно сильное впечатление (проникся уже я).

Вернувшись с пляжа и приведя себя в порядок, отправились ужинать. И тут я «нарвался»… Конечно, октябрь — конец сезона, десятки ресторанов и все пустые. Все тебя зазывают, приглашают, восхваляют кулинарные изыски, а ты должен что-то выбрать и остановиться. Но как это сделать? В конце концов, остановились на семейном ресторанчике («Mehtap» restaurant & bar), в котором симпатичный «менеджер» на хорошем английском так подробно разъяснял процесс приготовления мяса-птицы, что я его «зауважал». Выбрали, на свою голову, специальные блюда дня, даже не спросив стоимость (расслабился, понимаешь…). Пока мы поглощали запеченные баклажаны с сыром и помидорами (я) и шампиньоны, фаршированные брынзой (жена), запивая всё это сухим вином, братан «менеджера», стоя у столика, расспрашивал о России, потому что видел русских второй раз в жизни и ему было очень интересно пообщаться с редкими гостями. Потом он внезапно исчез и через 5 минут возник с огромным подносом, на котором стояли два блюда на подставках, а под ними … бушевало пламя! В общем, антуражу выше крыши, а вкус — ничего особенного. В результате, 30$ за ужин, но вкусовые рецепторы этого не оценили (в Каше, в ресторане Natur-ell подавали восхитительные фаршированные перцы и баклажаны, какие-то пироги с капустой и мясом и много чего еще, но в три раза дешевле). Вернувшись в свои апартаменты, жену отправил на второй этаж спать, а сам устроился внизу, приготовил чай, разложил карты и задумался… Дело в том, что приближался день моего рождения (к тому же юбилейного) и хотелось спланировать так, чтобы не было «смазанности буден», а прозвучал некий «торжественный аккорд». Но если каждый день меняешь задуманное, то как это сделать ? До 3-х ночи ломал голову и отвергнув десяток вариантов решил утром ехать в Фетхье (Fethiye).

Утро. Проснулись рано. В ожидании завтрака пошли прогуляться вдоль пристани. И тут я понял, для кого предназначен этот городок. Сотни белоснежных яхт стояли вдоль пирса и их обитатели завтракали на корме. Это впечатляет: загорелые мужчины в шортах и девушки в бикини (или они же через 50 лет, но с утренними бриллиантами), завтракают в первых лучах солнца… Покачиваются яхты, тихо плещутся волны, английская речь, запах кофе, моря, покоя и благополучия… Но, у нас «своя свадьба». Турецкий завтрак, сборы, крутой подъем с рюкзаками до Bus terminal и мы в автобусе до Фетхье…

Турецкая рапсодия

ANDANTE (Часть II)

«Лишь астроном печальный, к трубе любовно глазом припав, внезапно протянет руки к невыносимой выси, заплакав, словно он не поклонник ночи, не человек науки…»

Бахыт Кенжеев, из книги «Между сном, вдохновеньем и бегом».

Дорога. Итак, Фетхье… Пока жена отвлекается на пейзажи за окном, в который раз достаю карты и путеводители и начинаю блуждать до Измира и обратно, но как-то не складываются последующие дни в желанную логическую «стройность и завершенность»… Курорты? Это даже не смешно… Великолепная четверка от Бодрума до Измира (Дидима, Милет, Приене, Эфес)? Беготня в темпе по великим развалинам в потных майках на перегонки с немцами? Ни уму, ни сердцу, да и не успеть… А решение уже нужно принимать сейчас: день рождения через два дня, а там и в обратный путь через Памуккале. Но ведь хочется найти юбилейное «звучание» проводам своей половины века… И тут всё сходится и стягивается в одну точку: место, время и что-то еще, чему не хочу подбирать слова, но что наполняет душу радостью и осознанием единственно правильного принятого решения: домик Богоматери на горе рядом с Эфесом! В Эфесе переплетается история Античности, Римской империи и Христианства, из соития которых и родилась современная европейская цивилизация и к которой я имею честь принадлежать. Именно сюда в начале нашей эры апостол Иоанн привел Деву Марию, где она прожила последние годы жизни и где скончалась. В этом домике преклонял колени Папа Иоанн Павел II. В 9 км отсюда, в Сельчуке, могила и базилика апостола Иоанна, свидетеля распятия Иисуса, жившего здесь и писавшего Евангелие (Св. Ириней пишет: «Иоанн, ученик Господа, возлежавший на Его груди, также издал Евангелие во время своего пребывания в Ефесе Асийском» («Против ересей», III, 1, 1). Здесь же жил и проповедовал Св. Павел. Я уж не говорю о самом Эфесе (фасад библиотеки Цельса нужно же увидеть, раз рядом оказался). Здесь же стоял храм Артемиды Эфесской, одно из семи чудес света, который в 4 веке до н.э. поджег Герострат. Сам Сельчук — провинциально мил, ненавязчив, а тысячи туристов кучкуются в 3 км от него, в Эфесе и здесь им особо нечего делать. До моря 6 км, а для Турции это не расстояние. Здесь и остановимся на праздник. Итак, встречаем восход солнца у домика Девы Марии и будем считать, что «аккорд» прозвучал и на этом закрываем торжественную часть. Но я даже и предположить не мог, как покатятся последующие дни с нарастающим восторженным крещендо…

Отступление 10. Упреждая возможные реплики читателей, сразу оговорюсь: чрезмерная «восторженность» восприятия (в которой меня могут напрасно заподозрить читатели этих заметок) никоим образом не отрицает «реальности» бытия. Убежден, именно восторженное отношение к миру заставляет нас любить и, тем самым, воспринимать окружающее, как благо, которое ты принимаешь «с поклоном и благодарностью»… У англичан есть выражение: «Джентльмены о фактах не спорят». Я приглашаю «джентльменов» просто посидеть на мраморных плитах античного стадиона в Афродисиасе (Aphrodisias), как сидела моя жена, в одиночестве, на верхнем ряду стадиона (или хотя бы представить себе этот огромный мраморный овал на 30 000 зрителей и одинокую фигурку женщины наверху), а я бегал внизу (дурак дураком) по жухлой траве поля, на котором состязались колесницы, соревновались атлеты, бились гладиаторы и восторженно кричал: «Цезарь, идущий на смерть, приветствует тебя…», испытывая бесконечный восторг от жизни, от яркого солнца, от теплого ветра, от собственного самочувствия, от голых загорелых ног жены, в конце концов, и… покоя на её лице… А как не испытывать «восторг» от ночных прогулок по освещенным прожекторами ванн (травертин) Памуккале? Босиком по теплой, журчащей и бегущей воде, стоя по щиколотку в травертинах в окружении «снежных» шершавых холмов. Причем, заспанный охранник нас впустил туда за обычную плату (около 2$) и любезно объяснил при этом, что билет действителен в течение 12 часов и на следующее утро мы сможем снова прийти. И поздним вечером мы около часа шлепали среди этого фантастического пейзажа. И это не реальность? А что же тогда, реальность? Или что-то недопонимаю? Пора бы уже…

Отступление 11. За всё время ночной прогулки по травертинам Памуккале мы встретили одну единственную англо-говорящую пару (черт их знает, откуда они берутся) и молодой человек, жестикулируя и потряхивая головой, повторял, что днем здесь полный crasy (русский аналог слышится), тысячи людей, а вот сейчас полный wonderful ! И еще что-то восхищенно говорил о swimming pool Клеопатры наверху горы, но это посещение мы уже запланировали на следующее раннее утро. Жена захотела этот бассейн с каким-то нетерпением, поэтому марш-бросок наверх до восхода солнца был оговорен заранее и валяние «у койках» опять не предусматривалось. Такая вот житуха для «путешествующих в прекрасное». Ну, и пишу ведь я не для отдыхающих, а для живущих…

Автобус уже выруливал на остановку в Фетхье. Но тогда, что я потерял в этом Фетхье? Сразу едем в Мармарис, а там, короткий бросок (160 км) до Сельчука… Когда автобус остановился, сообщаю жене, что доплачиваем и едем дальше в Мармарис (140 км) и по её глазам понимаю, что «достал» я её изрядно… А что я могу сделать, если неймётся? К тому же это не автобусы, а курорт на колесах. Мармарис находится в 40 км от основной трассы, поэтому автобус выгружает нас у развилки и мы идем ловить долмуш. Только перешли дорогу — тормозит желтое такси. Демонстративно отворачиваюсь в сторону (такси везде очень дорого, а главное, за редким исключением и не нужно), но слышу звук хлопнувшей двери и передо мной возникает молодое усатое лицо. Быстро и темпераментно объясняет, что возвращается пустой из аэропорта в Даламане и возьмет 3$, как и в маршрутке. Садимся и мчимся со скоростью 100-120 км/час по живописным сосновым ущельям. Врываемся в город, таксист высаживает нас на набережной и я… испытываю шок! Асфальт, пальмы, множество машин, пляж с несколькими рядами лежаков и кучей тел… Сочи! После недели, проведенной среди такой благодати попасть, как кур в ощип, в курортно-пальмовое непотребство… Сказать, что расстроился, не то слово. Ну, да ладно, присаживаемся на лавочку, я закуриваю и пытаюсь соображать… Мимо ездят долмуши и на одном, зелёного цвета, читаю «Icmeler»… Вспоминаю, что где-то, что-то читал… Ловим долмуш и через 15 минут выходим на конечной остановке. Уже гораздо легче, хотя, конечно, такого уюта предыдущих мест здесь нет и в помине. Фактически, это чисто курортный пригород Мармариса, в котором все «вылизано» исключительно для отдыхающих, по большей части, в отелях класса «люкс» и многочисленных, сдающихся в наём, живописных вилл. Осталось найти ночлег и передохнуть.

Через полчаса обнаружил, что заглядывал, видимо, не в те места заходил, потому что ниже 40-50 английских фунтов мне ничего не предлагали. А где те? Сменили направление движения и чуть в стороне увидел отель более демократического вида. Сразу повезло: за 20 USD номер с балконом и видом на море и бассейн, да еще Studio (т.е. в одной комнате кроме кровати есть маленькая кухонка со всем необходимым)! Просто мечта! Как обычно, душ, кофе на балконе, переодевания и — на улицу. Пообедав на набережной в ресторане (всё очень вкусно: томатный суп, филе чикен-гриль, жареный картофель + пиво-воды — за всё 6 USD, при этом порции явно рассчитаны на немцев), решаем завтра никуда не уезжать, а опять купить билеты на однодневный круиз с ланчем и покупаться-позагорать. Вечером съездили в Мармарис, но его стандартность во всем позволила его сразу же и забыть.

Отступление 12. Турция, как восточная табакерка, заполнена множеством «нюансов». Например, по всему Ичмелеру полно турбюро, в которых услуги и цены примерно одинаковы. Тот же однодневный круиз на катере — 10 USD. Гуляя по набережной и подойдя к пирсу, чтобы рассмотреть на каких кораблях мы завтра поплывём (они везде разного класса и «водоизмещения»), мы неожиданно обнаружили, что на причале за столиком на табурете сидит турок и вполне официально продает билеты на те же самые круизы. Я просто из любопытства поинтересовался ценой и обнаружил, что стоимость на двоих будет уже не 20, а 16.5 USD!! И так очень во многом.

Кстати, в этом boat trip вся команда с капитаном во главе очень активно выполняла функции аниматоров (я столкнулся с этим в Турции первый и последний раз). Они что-то вечно устраивали, бегали по катеру, непрерывно говорили на английском и немецком (один был просто виртуоз: говорил по.. англо-немецки), а после ланча устроили викторину разомленной солнцем и едой публике. Часа за 4 до этого «штурман» ходил по всему катеру (он был самым большим из трёх наших катаний) с подготовленным листом бумаги, подходил к каждому и предлагал внести по 1 USD для участия в викторине, выбрав любую цифру из 100 и вписав в неё свою фамилию и страну проживания, уверяя, что многие номера выиграют жуткое количество пива, чипсов и чего-то еще. Я вообще никогда ничего не выигрывал, но было как-то неудобно отказать и я дал ему доллар и выбрал цифру. Было действительно занятно: матрос ходил по палубе с шапкой, подходил к любому зрителю, те вытаскивали бумажки с номерами, цифры громко озвучивались, «штурман» заглядывал в свой список и громко орал фамилию и страну победителя. Дальше поздравления, вручение пива, чипсов, сувениров. А призы лежали, нужно сказать, рядом с ним на диванчике. И по мере того, как диванчик пустел, я понял, что всё ясно: опять пролетел. На что-то отвлёкся и вдруг слышу какую-то фамилию и RUSSIA! Я чуть за борт не выпал: ведь за целый день беготни по палубам точно знал, что на катере русских нет, кроме нас с женой! Тупо уставился на него, все вертят головами и… никого. Он опять смотрит в список. И когда он снова назвал цифру, фамилию и страну я похолодел: так это ж «про меня». Пришлось в голом виде (не считая плавок) под аплодисменты и прицелом десятков глаз идти представлять Россию и получать… Главный и Последний приз викторины: БУТЫЛКУ КРАСНОГО ВИНА! Вечером мы её с женой на балкончике под трескатню цикад благополучно и уговорили…

Утро следующего дня. Все-таки, простота решения всех транспортных проблем в Турции меня так и не переставала удивлять до самого конца поездки. Вышли из гостиницы, через 5 минут сели в зелёный долмуш, вышли, тут же подошел другой, уже белого цвета, сели, доехали до автостанции, сразу же взяли билеты до Сельчука (Selcuk), нам показали автобус-лайнер компании «Памуккале», объяснили, что отправление через 30 минут. Всё. Сели в кафе. Чистые столики, легкий ветерок. Я уже стал заказывать только турецкий чай в вазочках: этот горьковатый вкус слегка вываренного чая просто полюбился мне. Жена чмокала от каких-то турецких сэндвичей-гриль с сыром и зеленью. Отломила мне кусочек: действительно, восхитительный вкус. Не успели доесть-допить, уже пора садиться в автобус. Я таких стыковок и такой «толковости» нигде не встречал… В Айдыне (Aydin) выяснилось, что билеты мне продали до этого города, потому что в Сельчук нужно ехать на долмуше, причем объяснил мне всё это стюард: сам бы я поехал дальше до… Измира.

Сельчук. Наши рюкзаки действуют на всех автостанциях везде одинаково: сразу получаю 3 цветные визитные карточки пансионов и все «самые лучшие и дешевые». Уже хотел отправиться в свободное плавание, но третья турчанка с видом продвинутой домохозяйки указала на машину и сказала, что подвезет нас только посмотреть на свой частный пансион, а мы решим на месте. Уровень сервиса крепчает. Решаем прокатиться. Через 2 минуты останавливаемся перед живописным двухэтажным домиком. Внутренний дворик, с крышей из виноградной лозы, ступеньки наверх, где на выбор 3 комнатки с душем. В общем, типичный пансион за 7 USD c завтраком. Соглашаемся, хозяйка сразу куда-то убегает (ни паспортов, ни денег — и так везде). Мы в доме одни, потом обнаруживаю бабку, сидящую на лавке во внутреннем дворике и смотрящую вдаль. Все хорошо, но… не празднично. Жена предлагает оставить вещи и пойти посмотреть в город, если найдем что получше, то придем и откажемся, ну что здесь такого? Соглашаюсь. Побродив по центру городка — на улицах вместо машин столики ресторанов — и зайдя в пару отелей (все одно и то же и неинтересно), решили перейти на другую сторону автодороги, в сторону крепости. Резкий подъём в гору и слева приглянулся симпатичный двухэтажный отельчик. Заходим, навстречу, улыбаясь, поднимается симпатичная женщина средних лет с сигаретой (те еще мусульмане) и ведет нас на второй этаж смотреть апартаменты. Когда она показала нам угловую светлую комнату с угловым же балконом и с видом на крепостные ворота, вопрос был решен (10 USD c завтраками). Договариваемся сходить за вещами и вернуться. Посадив жену за столик ресторанчика поглощать очередной хитрый грильный сендвич, пошел за вещами. Зашел в дом, никого нет (даже бабка куда-то испарилась), написал записку хозяйке, что мы передумали, приложил 1 USD за беспокойство, забрал вещи, потом жену до кучи и мы поселились в «Bella Hotel».

Вечер. Немного отдохнув, решаем ехать на долмуше в Памучак (Pamucak), на пляж. Дело в том, что это уже ЭГЕЙСКОЕ МОРЕ, а культурным людям нужно здороваться, когда знакомишься, не правда ли? На автостанции выясняем, что от пляжа последний долмуш отходит в 19.00, а сейчас 16.00, приемлемо вполне. Через 15 минут мы на пляже. Огромный многокилометровый песчаный пустынный пляж (за ним только длинный ряд соединенных «бунгало») и большая открытая веранда ресторана. За далеким южным хребтом — Кушадасы, за северным — не знаю что. Сильный ветер, несколько линий пенного прибоя и солнце готовится к погружению в море.. Wonderful! Жена отказывается лезть в воду при таком ветре, но помочить ноги в Эгейском море соглашается. Ну, со мной всё ясно. Быстро раздеваюсь и долго иду по песку, «грудью разбивая волны»… Конечно, вода не прозрачная от «шторма» и песка, но теплая и очень соленая. Напрыгавшись в волнах, вылезаю на берег, одеваюсь, и мы идём на веранду ресторана, стоящую в конце пляжа прямо на песке. Как всегда и везде занято не больше трех столиков, садимся прямо у перил веранды. Заказываем пиво и кофе для жены (только Nescafe, турецкий кофе пить невозможно: это, пожалуй, единственное, что в Турции плохо). Место потрясающее! Медленно садится солнце, а ты, укрывшись от ветра на веранде, богато декорированной цветами, каким-то плющом и деревьями, потягиваешь пиво, куришь, обсуждаешь дальнейшие планы с женой, а вокруг — благость покоя и тишины на заходе солнца…

Отступление 13. И ещё ты знаешь, что никто к тебе не подойдёт с наглой или похмельной рожей и фальшивым «Что-нибудь ещё?» не нарушит твой покой. Ты предоставлен сам себе, хотя и находишься среди людей. Нигде, никогда и ни при каких условиях любимая Родина тебе такого права быть самим собой не даст — так или иначе, но достанет…

Всё настолько нравится, что решаем завтра вечером здесь отметить мой день рождения и закрыть эту тему. Подзываем официанта, спрашиваем, что здесь подают и он ведет нас к демонстрационной стойке, заставленной «образцами продукции» большого количества блюд и подробно объясняет, что в них «находится». Очень удобно и наглядно. Во многих ресторанах Турции я видел подобные демонстрационные стойки.

Ужин в отеле. На последнем долмуше возвращаемся в отель, переодеваемся и поднимаемся на «крышу», где, как и везде в Турции, организованы рестораны, в основном, конечно, для проживающих в гостинице с пансионом. «Крыша» пуста, хозяйка подводит нас к уже сервированному столику с самым красивым видом на подсвеченную крепость. Действительно, всё очень уютно и красиво. Заказываем пиво-воды, хозяйка приносит суп из чечевицы в пиалах с короткими фарфоровыми ложками. Вкус изумительный. Не успели доесть суп, как хозяйка указывает на столик в отдалении, уставленный тарелками со снедью. К сожалению, к её английскому нужно привыкнуть, чтобы понять смысл. Медленно, но доходит, что она приглашает… к «шведскому столу». Вот это да! Шведский стол для единственных постояльцев! С таким я ещё не сталкивался. Подходим с женой с тарелками наперевес и начинаем накладывать: запеченные перцы, фаршированные баклажаны, помидоры, стручковую фасоль и какие-то уж совсем невообразимые hors-d’oeuvres… Вкуснотища такая, какая может быть только от классной домашней кухни! Подсаживается хозяйка с бокалом мутной раки и с сигаретой. Однако… Появляется, конечно, местный колорит, но наслаждаться вкусом еды и, одновременно, напрягаться с иноязычным собеседником я никогда не любил. Наелся, как удав, закурил и в это время хозяйка встаёт и куда-то уходит. Я вздохнул с облегчением и тут… Она появляется с основным блюдом: кебабы с рисом, уложенным какой-то усеченной пирамидой и горячими сырными палочками. Я аж взвыл: куда же это всё помещать? Но и отказаться от стряпни такого повара (её сестры: в Турции почти всё семейное) сил нет. Одну порцию мы с женой на двоих всё-таки осилили, а вторую хозяйка съела сама. Вот это отношение к постояльцам. Ужинали мы два часа, перезнакомились со всеми родственниками либо воочию, либо по фотографиям в альбоме, заодно я провел научный диспут с подсевшим к нам её племянником о генофонде наций (он меня уверял, что русский генофонд гораздо лучше турецкого и я радостно пригласил его посетить российскую глубинку, чтобы он окончательно убедился в своей правоте). И когда я понял, что смогу встать из-за стола, я попросил хозяйку всё записать на наш счёт (гулять, так гулять), мы благополучно спустились на два этажа и рухнули в кровати.

Турецкая рапсодия

ALLEGRO MAESTOSO (Часть III)

Вот и прожили мы больше половины. Как сказал мне старый раб перед таверной: «Мы, оглядываясь, видим лишь руины». Взгляд, конечно, очень варварский, но…

Был в горах. Сейчас вожусь с большим букетом. Разыщу большой кувшин, воды налью им… Как там в Ливии, мой Постум, — или где там Неужели до сих пор ещё воюем ?

Иосиф Бродский «Письма римскому другу»

Утро. Не дождался протяжной побудки муэдзина в 6 утра, проснулся на час раньше. С днем рождения, парень. Пока жена спит — бритье-мытье и кофе на балконе. Спящий город, звездное небо и тишина. А напротив — освещенные ворота, за которыми… базилика св. Иоанна, поставленная императором Юстинианом на месте его захоронения! Об этом я узнал вчера за ужином, спросив хозяйку отеля о месте погребения апостола Иоанна и она, как-то буднично махнув рукой за спину, сказала: «Да, вон она…». Но пора будить жену. В начале 7-го покидаем гостиницу и выходим на дорогу. Не успели пройти и 100 метров, как около нас тормозит желтое такси. До Марйамана — 20$. Моя цена — 10$. Дальше — межнациональная потеха по перетягиванию каната: 17 — 10… 15 — 10… 12 — 10… 12 -10… 12 — 10… Сдаюсь: 12$! Через 3 км сворачиваем с шоссе и начинается подъём в гору в свете фар. Крутые повороты, шуршание шин, но дорога очень хорошая. Через 15 мин. выезжаем на большую заасфальтированную площадку, за которой в темноте угадываются какие-то строения. Таксист подъезжает к одному из них. Открывается дверь и в освещенном проеме вырастает некто в военной форме и с автоматом на плече. Ой ля… Таксист начинает что-то темпераментно ему втолковывать, жестикулируя и показывая то на нас, то куда-то на гору. Потом поворачивается к нам и поясняет, что сейчас он (с автоматом) нас пропустить не может, потому что слишком рано (на моих часах 6.45), а вот в 7.00 мы сможем пройти наверх. Отлегло. Таксист прощается и уезжает. Охранник вежливо, на понятном английском, просит нас подождать на лавочках под деревьями. Идем в ту сторону и видим одиноко сидящую женщину. Надо же, не мы первые в такую рань. Ровно в 7.00 женщина встаёт и говорит, что, наверное, уже можно идти. Автоматчика нигде не видно. Медленно поднимаемся в гору. Женщину зовут Барбара. Немка-католичка, совершающая паломничество по каким-то своим причинам. Метров через 200 подходим к небольшому домику, сложенному из камня. Дверь открыта и мы входим. Нам улыбаются две монахини в бело-голубых одеяниях и приглашают проходить и садиться. Помещение очень маленькое. Перед нами у стены напротив, в освещенной нише — скульптура Девы Марии, на полу растения в горшках (сансевиерия, диффенбахия и др.), слева от неё икона Богоматери с Младенцем. У входа едва помещаются несколько стульев, на которые мы и присаживаемся. Появляется священник в коричневой рясе, мило улыбается, спрашивает, как нас зовут и откуда мы, потом уходит. Сижу и пытаюсь уместить в голове этот ряд: предгорья Эгейского моря, раннее утро, домик Богоматери, монашки, священник, тишина и только шелест их одеяний за спиной… Входит священник и… начинает службу! Вот это попали… Больше часа идет католическая служба на английском языке, в которой священник упоминает наши имена, читает тексты Священного Писания. Мы, то встаём, то садимся и повторяем вслед за монахинями соответствующие слова… Amen… Первый раз в жизни мы присутствуем на католическом Богослужении, больше половины не понимаем о чем говорит священник и у обоих голова идет кругом: утренняя служба в домике Богоматери… Вот и звучит твой «торжественный» аккорд, парень… К тому же Папа Пий 12-ый обещал отпущение грехов на 7 лет вперед всем посещающим этот дом, так что еще поживем, как люди… Служба заканчивается и мы выходим на улицу. Уже вовсю светит солнце, но вокруг, по-прежнему, ни души. Вслед за нами выходят монахини, священник, Барбара и сразу все преображаются: начинаются расспросы, улыбки, смех… Одна из монашек оказывается полячкой и, хлопая в ладоши с детской непосредственностью, все время восклицает: «Russia, Russia?…». Священник сам предлагает сфотографироваться у двери Обители и мы фотографируемся на память, меняясь фотоаппаратами с Барбарой. Но пора и прощаться. Мы сердечно жмём друг другу руки и расстаемся…

Эфес. Спускаемся по дороге в сторону Эфеса. Ни машин, ни людей, одни сосны и склоны гор, усыпанные оранжевыми иголками. Идти вниз легко и приятно. Через час подошли к восточному входу в Эфес. На площадке перед входом уже кипит туристская богадельня: автобусы, толпы людей в шортах, увешанные фото-видео, сувенирные лавки с литературой и сувенирами и гомон разноязычной толпы. Солнце основательно припекает, но «отметиться» надо, хотя уже от входа видно, что на каждую римскую колонну приходится по 10 потных воздыхателей старины… Покупаю билеты (по 4.5 USD) и мы на час погружаемся в мешанину сотен людей и колонн, мощенных мрамором улиц и окружающих подиумов, коринфских капителей, рельефных фризов, галерей и статуй, публичных туалетов и таких же домов, храмов и бань, одеонов, атриумов, мавзолеев, библиотек и двухъярусных источников, фресок и мозаичных полов…

Отступление 14. Конечно, масштабы величия прошлого поражают. Титанический труд людей, затраченный на украшение жизни, кажется неоправданно избыточным. Но человек, однажды осознав себя человеком, обрек себя на «избыточность». Как писал великий Маркс: «…голод, удовлетворяемый с помощью ножа и вилки, принципиально отличается от голода, удовлетворяемого с помощью когтей и зубов…». Век за веком человек будет строить (и разрушать построенное) и везде и во всём будет искать (и находить) гармонию и красоту. И затрачивать на неё явно не соответствующие утилитарным и прагматическим целям ресурсы. Это его эстетический «крестный» путь. В Эфесе это особенно остро понимаешь. Но воспринимать его адекватно, увертываясь от толпы, я не в состоянии. Это как на каждый квадратный метр бассейна поместить по человеку и сказать: «А вот теперь можно и поплавать…».

Выйдя из Эфеса через западный вход, сели в долмуш и поехали в гостиницу. Душ и мы блаженствуем на прохладных простынях, обдуваемые ветерком из открытой балконной двери. Через пол часа заставил себя подняться. Едем в Кушадасы (Kusadasi).

Кушадасы. «Птичий остров». Спускаясь к морю, проходим всё те же бесконечные рестораны, ювелирные магазины, развешенные повсеместно ковры, расставленную керамику и майки-платья-платки на улицах. Идешь сквозь строй зазывал, рябит в глазах, если смотреть на витрины, поэтому и не смотрим. К тому же, у нас «табу» на любые покупки, кроме сувениров друзьям и знакомым. Выйдя на набережную, слева замечаем символ Кушадас — островную крепость 16-го века и направляемся в её сторону. По дамбе с причалами для катеров поднимаемся к крепости, садимся на лавку рядом с кафе. Я приношу неизменный чай и мы, укрывшись в тени пальмы, погружаемся в сиесту. Просто сидим, пьём чай, смотрим на море — никуда и ничего не хочется: и так слишком хорошо. Я еще раза два бегал за чаем, но «всё проходит», как любил говорить Чехов и пора возвращаться. Опять проходим через старую часть города, садимся в долмуш и решаем заехать по дороге в Памучак (Pamucak), искупаться. Всё тот же пляж, что и вчера, Эгейское море, ресторан, пиво-воды, проводы солнца и возвращение в гостиницу. Вечером ужинали «на крыше»: и опять, всё та же изысканная домашняя турецкая кухня, хозяйка с бокалом раки и сигаретой, разговоры на два часа (в том числе по телефону с её очередным племянником, известным в Турции певцом, звонившим из Стамбула — зачем она меня подозвала к телефону, я так и не понял), разглядывание развернутых перед нами на полу ковров ручной работы и т.п. Как говорят, «вечер удался» и мы, отягощенные трапезой и уставшие от долгого дня, идём спать.

Утро следующего дня. Итак, сегодня движемся в Афродисиас (Aphrodisias), а там решим, что делать дальше: останемся на ночь или вечером — сразу в Памуккале. Покидаем гостеприимный «Bella Hotel», сердечно простившись с хозяйкой и устремляемся на Bus Terminal. На месте выясняем, что не так всё просто: сначала нужно доехать до Назилли (Nazilli), там пересесть на долмуш до Карачасу (Karacasu), а потом добираться до Гейре (Geyre), рядом с которым и находится Афродисиас… Берем билеты до Назилли (6 USD на двоих) и через 20 минут мы в пути. Дорога, пересадки из автобуса в автобус. Судя по пейзажам за окном, местным жителям и их жилищам мы забираемся явно в глубинку страны. Долмуш часто останавливается, высаживая и подбирая рабочий турецкий люд, а рядом с водителем сидит некто с бритым черепом и с физиономией, какую я раньше мог видеть только по телевизору в репортажах с места кавказских боевых действий. А тут ещё жена блондинка… Становится как-то не уютно… Приехав в Гейре и высадив всех пассажиров (и главное, бритоголового), водитель предлагает довезти нас до Афродисиаса. Сразу соглашаемся и через 15 минут долмуш останавливается на заасфальтированной площадке, на которой стоят всего два туристских автобуса. Приехали. Неожиданно водитель предлагает подождать нас часа 2-3 пока мы не нагуляемся и отвезти обратно в Гейре. После некоторых колебаний и сбив цену с 7 до 5 USD, соглашаемся и, оставив вещи в машине, идём в город-музей.

Афродисиас. Город пьянит, будоражит и восхищает… Вроде бы тот же набор «руин»: театр, стадион, колонны, гробницы, усыпальницы, одинокий портал — но какие!!! Я раздавлен… Организм, как губка, отягощенная содержимым, уже не в состоянии впитывать впечатления. В нестерпимой голубизне неба бушует октябрьское солнце. Рыжие холмы заслоняют горизонт со всех сторон и выглядят, как фантастическая декорация некоего действа, которое отложено на неопределенный срок, но обязательно состоится. Редкие стайки организованных туристов с гидом внезапно появляются и так же исчезают, как мираж: мы одни — на огромном овале стадиона, одни на ступенях беломраморного амфитеатра, среди раскопок, где на глубине полутора метров лежат пьедесталы и поверженные мраморные колонны, присыпанные песком. Мы бродим среди расставленных на зеленой лужайке саркофагов с такими резными мраморными горельефами, что перехватывает дыхание: не 2000 лет назад, а буквально на днях, резчик убрал инструменты и отряхнул пот со лба, закончив работу… Глажу нагретый на солнце мрамор складчатых туник, провожу пальцами по лицам героев и воинов и чувствую себя чеховским студентом — «человек есть мера всех вещей: существующих, что они существуют и не существующих, что они не существуют…» (Протагор). Время сжалось: с удивлением замечаю, что прошло три часа и пора возвращаться. Ещё успеваем посетить музей (билет 5 USD), в котором богатейшая коллекция мраморных богов и богинь, наместников и воинов в полный рост или их голов. Но духовную пищу, как и насущную, нельзя потреблять в таких количествах… Выходим из города, садимся в поджидающий нас долмуш и едем обратно. В нескольких сот метрах есть какие-то отели-пансионы, но настроения оставаться уже нет. Решаем ехать ночевать в Памуккале.

Памуккале. Опять автобусы и пересадки: возвращение в Назилли, потом до Денизли (Denizli) и долмуш до Памуккале. К концу дня устали изрядно и уже в темноте, в 8 часов вечера сняли номер в отеле «Памуккале» (10 USD с завтраком). Дверь номера выходит прямо к бассейну с теплой минеральной водой, текущей с гор и бесплатно заполняющий бассейн гостиницы.

Отступление 15. За целый день, проведенный в дороге, не переставал удивляться манерам и менталитету местного населения. Конечно, вдали от курортов и туристических центров все окрашивается совершенно в другие тона: с одной стороны, начинает «фонить» от бедности, пыли, бездомных собак, чумазых, в ободранной одежде мальчуганов-чистильщиков обуви (один упорно предлагал мне почистить мои замшевые кроссовки своим гуталином), безработных мужиков в застиранных рубашках, сидящих за пустыми столиками уличных кафе с утра до вечера (какое там пиво, на воду, наверное, денег нет), а с другой…
…Садимся в переполненный автобус в Денизли. Как только зашла жена, сразу три молодых парня вскочили с мест, уступая ей место. Она села ошарашенная, я встал рядом и тут же уступили место и мне. Дела…
…В придорожном кафе ожидали долмуш. Когда он подошел, захватил два рюкзачка и пошел грузиться. Через минуту подходит официант и протягивает мне… мой кофр, в котором, помимо дорогой фотоаппаратуры, все документы и все деньги. Меня буквально холодный пот прошиб: представил возможные последствия…
…Ждём автобус на трассе. Рядом стоят, сидят, балаболят водители такси и долмушей. Из-за горы выползает здоровенный MAN, я только начинаю движение руки, чтобы тормознуть его, как сразу несколько человек бросаются на середину дороги, машут руками, что-то кричат и тяжелый автобус тормозит у обочины. Спасибо.
…В Айдыне на автостанции жена уронила на землю карты (географические, естественно): человек 5 турецко-подданных закричали, замахали руками и бросились их поднимать. Хотя, конечно, блондинка с голыми ногами… К слову сказать, на эти самые ноги в шортах реакция мужского населения (живущего вдали от побережья) от 7-8-летних пацанов до усатых потомков османов-сельджуков была пугающе-запредельной: аж шеи выворачивали и ощупывали десятком глаз, ничуть не смущаясь — то ли ноги у супруги какие-то необыкновенные, то ли менталитет властвует (недаром, Зигмунд Фрейд все свои подкорковые сексуальные теории с ego-libido притащил в Европу из Малой Азии, поработав там какое-то время). До сих пор гадаю и тайно присматриваюсь (большей частью, к ногам).

Поселившись в гостинице, приняв душ и переодевшись, пошли фланировать по Памуккале. Уютный городок с классическим набором кабаков, магазинов и тур-бюро, но над всем этим — белоснежное чудо в свете прожекторов. Для полноты картины не хватает только одного — зависшей над горой НЛО: тогда всё встанет на свои места. Нам, конечно, повезло, ведь покупая билет на подступах к горе в будке со шлагбаумом, мы даже не догадывались, что не только возлежать в травертинах запрещено (об этом в Internet везде написано), но и просто ХОДИТЬ по террасам нельзя! Как законопослушные граждане, сняв кроссовки, облазили весь склон, встретив только одну пару таких же придурков. Впрочем, об этом я уже писал во второй части этих заметок. Наутро чуть не проспали, но в 7.00 выскочили из гостиницы, чтобы успеть до рассвета залезть на гору. Охранник спал в своей будке, я не стал его будить, но когда мы прошли уже метров 50, он как-то нас учуял и окликнул. Вернулись, показали вчерашние билеты и продолжили путь: настоящий турецкий die ordnung… Как ни в чем не бывало, опять лазили босиком по склону, нежили ступни ног в теплой минеральной воде, фотографировались, встретили солнце и пошли искать бассейн Клеопатры, чтобы к открытию (8.00), до прихода автобусов с туристами, занырнуть в теплые, обновленные и пустынные воды. Одиночества не получилось: в нем плескалось и повизгивало уже человек двадцать, причём, все… с южнорусским акцентом! Сюрприз. Как потом оказалось, группе повезло: попался хороший гид, который всех растолкал в 7 утра и погнал купаться до прихода основной автобусной массы. Бассейн произвёл сильное и, одновременно, странное впечатление: по всему его периметру неправильной формы — буйная изгородь из диковинных деревьев и кустарников, за ними расставлены столики ресторана, а всё дно бассейна буквально завалено мраморными колоннами, их пьедесталами и остатками каких-то каменных стен. При этом в 3-4-х местах в бассейн низвергаются потоки горячей минеральной воды, текущей с гор. Опять мешанина веков и цивилизаций. Но вода… Воду описать не возможно: это чувственный опыт предельного блаженства и удовольствия. Тело покрывается мелкими пузырьками, пропитывается половиной таблицей Менделеева (вокруг бассейна стоят плакаты с начертанным составом и концентрацией катионов, анионов и микроэлементов) и испытывает запредельный физиологический восторг. Через час группе соотечественников был дан сигнал на выход (экскурсионный автобус отбывал в Анталию), а мы еще около часа, теперь уже в одиночестве, восседали на античных обломках и не могли заставить себя покинуть эти термальные воды… На обратном пути я решил спуститься с вершины горы, чтобы напоследок пройти по террасам Памуккале. И вот тут-то мы и узнали, что можно, а что нельзя: едва начав спуск, мы услышали захлёбывающиеся трели свистка, крики и отчаянную жестикуляцию охранников снизу. Я даже не сразу сообразил, что это нам: как же так — и ночью и утром ползай сколько захочешь, а днем — нельзя? Оказалось, что нельзя: турецкий порядок всё же несколько отличается от немецкого, я бы сказал, избирательностью запретов… Придя в гостиницу, быстро позавтракали, собрались, расплатились с хозяевами, остановили долмуш, доехали до Денизли, а там взяли билеты до Анталии.

Анталия. Аэропорт.. Четырёхчасовой путь до Анталии с кофе-чаем и бисквитами пролетел незаметно. Мы замыкали круг. Мы возвращались домой. В голове блуждали строки Арсения Тарковского:

…Листьев не обожгло, Веток не обломало, Всё горело светло, Только этого мало…

Насчёт «мало» не уверен: была суббота и, поскольку у нас не было обратных билетов, а в понедельник нужно уже было выходить на работу, я предложил жене не рисковать и ехать сразу в аэропорт. Но услышав: «Да куда мы денемся, улетим в воскресенье» — особо не возражал. В Анталии сразу пошли бродить по старому городу и искать приют на ночь. Праздник продолжался и поэтому мы сняли «шикарный» номер в только что открывшемся отеле за 30 USD, но он стоил того: и по какой-то стерильной чистоте (швейцарец владелец), и по изысканности интерьера, и по расположению у моря («Reutlingen Hof»). Отдохнув и переодевшись, пошли гулять по вечерней Анталии, очень вкусно отужинали в одном из бесчисленных уличных ресторанов, полюбовались видами города и пошли спать. Наутро купались на маленьком платном пляже, прощались со Средиземным морем, бросая в него монеты, завтракали в ресторане отеля, потом собрались, взяли такси и поехали в аэропорт. И вот тут-то судьба решила преподнести нам «урок»… На ближайший самолёт билетов не было. Не было их и на следующий. Пока жена сидела с вещами, я 6 часов метался по аэропорту, каждый час провожал самолеты всех мыслимых авиалиний от «Аэрофлота» до «Сибири»: самолеты улетали заполненные под завязку загорелыми телами соотечественников с неподъемной кладью, но…. без нас! Всё-таки, самонадеянность — не самое удачное качество характера. Мне было жалко жену, я испытывал чувство вины перед ней (мужик обязан огородить женщину от таких «проколов»), но делать было нечего: последний самолет на сегодня улетел и нужно было принимать какое-то решение. Я склонялся к возвращению в гостиницу, чтобы назавтра продолжить «проводы» московских рейсов. Но жена, выслушав все мои «расклады», проявила откуда-то взявшуюся твердость характера (то, что мы до конца не знаем женщин, с которыми живём долгие годы, я догадывался уже давно) и заявила, что нужно ехать на ночном автобусе в Стамбул. О том, что на завтрашний дневной рейс из Стамбула в Москву есть билеты, я выяснил в одном из агентств в аэропорту, целый час просидев с молодым симпатичным и слегка экзальтированным турком, который виртуозно владел искусством одновременно разговаривать со мной, пить сок, стучать по клавиатуре компьютера, звонить по телефону на столе и отвечать на звонки мобильного телефона, постоянно переходя с турецкого языка на английский, а потом почему-то и на частично русский… Конечно, 12 часов на ночном автобусе — не самое лучшее завершение праздника, но лучше, чем неизвестность впереди.

В Стамбул. И домой… Представитель агентства продал нам билеты на «челночно-шопный» чартер из Стамбула, по телефону забронировал два последних места на автобус до него, уходящий через час и мы на такси поехали на автовокзал. Самое удивительное, что эта ночная поездка оставила в душе очень приятные воспоминания. Жена, намаявшись в аэропорту, спала, как сурок, до рассвета, а я выходил покурить на каждой остановке (3 или 4 за ночь по 15-20 минут), присаживался за столики кафе на террасах (на всех остановках все магазины и кафе работают круглосуточно), заказывал неизменный чай и размышлял о превратностях судьбы… В 9.00 мы сошли с автобуса на огромном автовокзале, сели на метро, доехали до Аксарая и пешком пошли до Султанахмет, к Айя Софии. У нас было всего два часа, но этого оказалось достаточно, чтобы сразу понять: сил на мегаполис уже не осталось. Вокруг нас жил своей жизнью огромный город, тысячи людей и машин кружились в хороводе забот и желаний, великие памятники христианской и мусульманской культуры (Айа София, Голубая мечеть, дворец Топкапы) осаждались толпами туристов, охранников, таксистов, продавцов сувениров и прохладительных напитков. Площади, скверы, мосты через Босфор из Европу в Азию и через бухту Золотой Рог осквернялись выхлопами и гудками машин — столица трех империй, раскинувшаяся на двух континентах, с гигантскими ранками, магазинами, закусочными и ресторанами, с восточной какофонией звуков, наслоениями эпох и культур уже не воспринималась нашим просветленным и умиротворенным морскими пейзажами сознанием… Словом, в аэропорт мы уже ехали с удовольствием, где потратили в буфете последние турецкие миллионы на какие-то булки с чаем, загрузились в самолет и с опозданием всего на час оторвались от гостеприимной турецкой земли.

Вместо заключения. Прошло больше месяца после нашего возвращения и я все чаще отдаю себе отчёт, что открытость мира и его доступность, даёт уникальную возможность почувствовать себя, хотя бы на время, не зрителем, а режиссером, актером и участником этого грандиозного божественного спектакля, с лаконичным названием «Жизнь», когда можно не сопереживать увиденному и услышанному, как это происходит в зрительном зале или у экрана телевизора, а проживать события, фабулу ежедневной пьесы, сочиненной тобой же для самого себя. Оплачивая готовый продукт, ты обрекаешь себя на потребление готовых же услуг. Поэтому в сотнях «писем читателей» на туристических сайтах будут до изжоги обсуждаться соответствие гостиниц оплаченной «звездности», подтекающие унитазы или плохая работа кондиционеров в номерах, разнообразие или скудость шведского стола и хамство или доброжелательность представителей агентств или обслуживающего персонала гостиниц. Статус зрителя всегда был и будет синонимом потребления, не важно, касается это физиологических удобств и удовольствий или удовлетворения «духовных потребностей» с посещением исторических памятников и культурных центров. Зритель всегда хочет и требует «хлеба и зрелищ» и, в прямом соответствии с марксовым «отчужденным трудом», получает «отчужденный отдых», где подробности быта и потребления становятся целью, а не средством собственной жизнедеятельности. Я вспоминаю повстречавшихся нам на пути иностранцев и наших соотечественников, разного возраста и интересов, свободно путешествующих по стране налегке, представляющих себе или не очень, где будут ночевать следующую ночь, питающихся айраном с хлебом или гурманствующих по вечерам в ресторанах, предпочитающих природные ландшафты или развалины древних городов, шумные вечерние улицы с барами и дискотеками или одиночество и тишину на пустынных пляжах и лунные дорожки — но никому из них и в голову не приходило добровольно привязывать себя в «стойло» с фиксированной ежедневной «пайкой» и стандартным набором экскурсий в отведенное время. Общедоступность жилья, еды, автотранспорта и безопасность страны позволяют не задумываться о «плотской» составляющей своего «я», а творить повседневность, как свободный человек, исходя из присущих тебе одному приоритетов и предпочтений. Западные бэкпекеры давно уже это поняли, мы же, как всегда и во всём, только начинаем…

Да, мир отягощен материей, инстинктами и рефлексами. Но он и откровенно гармоничен, потому что одухотворен нашим присутствием, нашей свободой и нашей любовью. И эта его сущность, его явленность нам (в соответствии с гегелевской формулой «сущность является, явление существенно») проступает на каждом шагу, как в улыбчивом лике младенца или в глазах влюбленной женщины. Ведь мы этого достойны?…

Yury

yuvt@demos.su